Новости


Новости Вячеслава Малафеева

Один матч Вячеслава Александровича

Поединок «Зенита» с «Порту» на португальском стадионе «Драгао» стал достойным финалом тяжелого года. Как это было — в эксклюзивном интервью Malafeev16.Ru

СБОРЫ 

 

— Поездка в Лагуш была вынужденной — климатические условия начала декабря в Петербурге не всегда позволяют нормально тренироваться, — рассказывает Вячеслав Малафеев. — Матч с «Порту» при любом исходе поединка с АПОЭЛом имел чрезвычайно высокое значение для «Зенита»: финальная игра календарного года, спор за выяснение позиции в группе, за первое-второе место. Было решено поехать готовиться. В конце года для всех игроков (а в особенности для россиян) подобная работа — дополнительная тяжёлая психологическая нагрузка, ведь сезон получился очень долгим, с огромным количеством игр как за клуб, так и за сборную. Эмоционально все смахивало на первый сбор сезона: отпуск, за которым сразу же последовали тренировки вне дома. Ровное поле и хорошая  погода желания тренироваться добавили, выкладывались все на полную катушку. А ведь в Лагуше мы работали по два с лишним часа и с плотным графиком последних месяцев от таких нагрузок отвыкли! В такой ситуации нет-нет да и проскочит мысль о том, что хочется домой, отдыхать: этот аспект сбора был, признаюсь, самым сложным. Мы привыкли к заездам, но обычно это один вечер перед игрой, а тут волновались и внутренне готовились к матчу почти неделю. Получился какой-то длинный карантин с заездом. Давно мы себя так долго не готовили к какой-либо конкретной игре!

Увеличить

— Похожи ли были эти сборы на знаменитые карантины Юрия Морозова?

— Нет, не похожи. Всё-таки нам разрешалось после тренировки съездить в город, погулять можно было. Да и спали мы столько, сколько нужно было. Томаш отсыпался за троих (улыбается). А Юрий Андреевич точно бы на прыжковую зарядку всех поднимал. Часиков в 8 утра (смеётся).

— А потом «Зенит» приезжает в Порту и обнаруживает, что погода-то в городе последнего матча-2011 такая же, как на Неве: дождик, небольшой плюс…

— Не совсем. Было прохладнее, чем в Лагуше. Ветерок. За день до игры выяснили, что газон на «Драгао» мягкий, приятный, а климат — почти родной. Плюс на предматчевой тренировке вышел на поле… и мне оно показалось каким-то громадным, что ли! Большое, широкое… русское! А дальше подготовка стала делом техники: видео, разминка, уверенность в себе.

— Отличался ли финальный этап подготовки к игре от принятого по ходу года? Лучано, например, ходил по отелю куда более сосредоточенным, нежели обычно.

— А для футболистов, по большому счёту, ничего не изменилось. Медосмотр с утра, полуденный обед, тактический разбор соперника, пауза на отдых, видео, предматчевый обед за три часа до игры, установка… За два часа до стартового свистка поехали на стадион. И, если честно, мне показалось, что тренер полностью контролировал ситуацию, заражал уверенностью: то есть вёл себя так же, как и всегда.

СЕЙВЫ 

 

— Стадион «Драгао» приятно порадовал необходимой настраивающей на игру рутиной: удобные раздевалки, хорошая музыка на разминке. А вот когда мы пришли на построение в туннель, начались не очень приятные вещи. Судьи в подтрибунных помещениях всегда смотрят форму — бутсы, прочую экипировку. И им не понравился цвет моих подтрусников. Эта ситуация не очень нормальна, ведь арбитры сами утверждают форму на предматчевом совещании. Не знаю, чем они аргументировали такие метаморфозы в своём решении, но в итоге мне пришлось подтянуть экипировку так, чтобы её не было видно — схитрить, в общем. После первого тайма один из помощников главного судьи, стоявший за воротами, заговорщицким голосом попросил ещё разок спрятать подтрусники и никому их не показывать. Мы в целом довольны тем, как обслуживал матч арбитр — никаких претензий к бригаде нет. Может быть, претензиями к трусам они меня завести как-то пытались? (Смеётся.)

Увеличить

— Скорее это решили сделать игроки «Порту», создавшие первый опасный момент на первых же минутах матча.

— Видя, что игрок вывалился один в один, я остался на линии ворот, чтобы дать защитникам возможность накрыть соперника, помешать ему. Уповал на реакцию — и, хоть удар нападающему удался, результат моя тактика команде дала. Этот момент, пожалуй, можно считать ключевым в игре — уже по началу встречи было ясно, что игра идёт «до забитого», и, случись в первой десятиминутке гол в наши ворота, предсказать итоговый счёт было бы очень сложно. 

— Видимо желанием уменьшить вероятность попадания мяча в ворота можно объяснить и педантичное соблюдение вами правила «шести секунд».

— После нескольких ударов «Порту» я всё-таки начинал атаки сразу, чем ещё больше запутывал заведённые трибуны (улыбается). Но передышки в шесть секунд нам порой были просто необходимы. Эта манера игры «Зениту» не свойственна: обычно мы стараемся резко разжать пружину, очень быстро контратаковать, рискуя потерей мяча вблизи штрафной. Но в этом матче я действовал иначе потому, что на нашей половине поля было много футболистов и потеря грозила опасной ответной волной, перегруппироваться для отражения которой нашей обороне не хватило бы ни времени, ни места. Прессинг, опять же, «Порту» включил на полную катушку. В общем, быстрый пас в игру после сейва с меньшей вероятностью давал «Зениту» хорошую контратаку. Скорее увеличивал шансы на непреднамеренную результативную ошибку.

— Но и вынос как элемент вратарской игры во вторник тоже присутствовал.

— Наши игроки не очень охотно выходили за центр поля, предпочитая действовать более надёжно сзади, и мне порой было сложно определиться с направлением выноса мяча. Просто не понимал, куда и на кого выбивать. Малейшая попытка нашего нападающего «завалиться» во фланг заставляла принять решение в его пользу, выбить в его сторону мяч. Кроме того, нельзя не отметить и игроков «Порту»: когда я получал мяч в руки, нападающие соперника тут же начинали очень активно меня прессинговать, не давая опустить мяч на землю. Да, иногда мяч улетал в аут. Но аут — это не так плохо, как может казаться: команда успевала выдохнуть, перестроиться.

— В концовке не хотелось, что называется, «забубенить» мячом со всей силы, чтобы он оказался в сетке ворот далеко вышедшего в поле визави?

— Если честно, я просто не видел, что кипер «Порту» настолько далеко выходил в поле. Увидел — может, и попытался бы. Для того чтобы было понятно, куда мяч выбивать, нужно было видеть, в какую сторону бить, а в суматохе у наших ворот определить это не всегда было легко. Впрочем, мне кажется, что в играх подобного уровня организовать подобный гол — это нечто выходящее за рамки реальности.

Увеличить

— Вернёмся к моментам — в частности, к эпизоду, когда Халк пробил из-за штрафной в концовке первого тайма.

— Очень плотный удар вышел у нападающего. В таких ситуациях обычно вратарь смещается ближе к центру вместе с бьющим, и он попытался меня на этом поймать. Удар на противоходе не ждёшь, всегда больше рассчитываешь на то, что форвард будет на технику бить в дальний угол — так, как дважды в начале второго тайма делал соперник.

— Какой эпизод в матче считаете самым опасным?

— В концовке второго тайма, когда пришлось отбивать мяч ногами. Выбежал на игрока, который бил уверенно, технично, сильно, — в общем, справиться с этим ударом мне помогли кураж и чёткий подбор в исполнении наших защитников.

— А лазерные указки, которыми светили местные болельщики, сложностей не добавили?

— Светили в основном на мяч и форму. Видимо, для того, чтобы потом на просмотре игры говорить друзьям: «А вот это моё зелёное пятнышко, это я такой крутой» — и удивляться, когда в ответ будут крутить пальцем у виска. Глупость. Если бы светили в глаза, я бы быстро просёк, откуда идёт луч, и кончилось бы для светившего человека всё плохо: есть же директива УЕФА, согласно которой судьи могут останавливать игры в случае подобных инцидентов. И не возобновлять игру до того момента, пока нарушителя не выведут. Неужели вы думаете, что я бы не использовал этот момент в нашу пользу?

СВИСТОК 

 

— После финального свистка арбитра пошёл за ворота за запасными перчатками, тут же получил в свою сторону залп из пары-тройки десятков зажигалок. Ни одна из них в меня не попала, но многие прилетели совсем рядом: метатели за воротами обладали незаурядным опытом. Правда, зажигалки все какие-то летели дешёвые. Не искренне люди кидали, для проформы (смеётся). Помню вот, как на «Петровском» в какого-то судью «айфон» прилетел. Вот это эмоция!

Увеличить

— А вот в другой части стадиона всё было иначе.

— Если честно, у меня после финального свистка не осталось на радость никаких сил. Скорее с плеч гора упала, стало легко так, приятно. Поблагодарил наших болельщиков, которые в таком улье и при постоянном освистывании «Зенита» умудрялись перекрикивать стадион. Молодцы, достойно закончили год.

— Что происходило за закрытыми дверями раздевалки?

— Как такового празднования и ликования не было вообще. Благодарили за игру, сидели все в некой прострации — усталость за весь сезон ощущалась, пожалуй, наиболее явно. Опустошённость некая. Ребята отдыхали. Пришёл в раздевалку Алексей Миллер, поблагодарил и поздравил всех за год. И потом начался отпуск: кто-то поехал в аэропорт, кто-то по домам. Отпуск!

Другие новости